Мой самый любимый мужчина немного приболел. Я перепрыгнула из состояния регулярной паники в состояние перманентной паники. С эгоизмом больного я выживала, принимала само собой разумеющимся, что слабый - я. Я не успела заметить и понять, когда он стал таким усталым. Я знаю, что это время все равно бы пришло и нам придется пережить его вместе, но теперь я боюсь сказать мрачную тайную мысль вслух или показать боль.
Мои мысли - мои враги. Я придумываю, додумываю свои и чужие чувства и идеи, сама же мучаюсь от этого и продолжаю делать. Я примеряю разные формы развития отношений с людьми на себя и понимаю, что не могу предложить ничего больше, чем посидеть дома друг напротив друга и попить чай. Хочу другого и большего, вкладываю в любое действие негативный оттенок и уговариваю себя, что такая никому не нужна.
Я больше месяца не принимаю антидепрессанты. Я не боюсь смерти или лгу самой себе. Быть может, поэтому мне становится хуже или не лучше. Инстинкт самосохранения, страх умереть включает в нас резервы, о которых мы не подозреваем. Мне все равно, что со мной будет. Я исчерпала свою роль и выплатила свои долги. Мне было очень хорошо, я никогда ни о чем не жалела. Сейчас я жду и жалею о каждой минуте, проведенной столь бесмысленно, с моей точки зрения.
Я стала мечтательной потребительницей. Идеи, как светлячки, кружаться у меня в голове и гаснут. Я старательно придумываю препятствия для их воплощения в жизнь. Я употребляю чужие мысли и добиваю их своими сопливыми переживаниями. Конструкция получается хилая и, как следствие, куда я не иду за клубком ниток, я попадаю в пасть к своему Минотавру, который уже сожрал мою веру и надежду.
На моем поле игры в скрабл с голландскими врачами появились три новых слова: лейкопения, нейтропения, полинейропатия. Я не знаю насколько часто они сопутствуют болезни Меньера, так что много писать не буду. За полтора месяца отпусков и каникул я разучилась выходить на улицу. Каждый раз при подходе к двери на меня набрасываются мои демоны-страхи и часто они выигрывают битву, а я остаюсь дома.
Появилась аллергия на орехи, с отеком горла, экземой и опуханием. Неприятный сюрприз, поскольку это первый мой опыт с подобной реакцией организма. Я была не готова, очень испугалась и теперь судорожно читаю этикетки на продуктах.
Мне страшно. Я пытаюсь постучаться до небес, но меня не слышат. Я не могу объяснить, кто именно должен меня услышать и почему. Я не претендую на самого бога или его подобие, мне было бы достаточно человека, которому можно верить и дарить. У меня уже есть два таких человека в жизни, мне очень повезло, но им очень тяжело. Я им так благодарна, что просто не смею взвалить на их плечи больше того, что они могут.
Могут ли только нарушения психики быть причиной всех физиологических проблем? В голландской медицине, по моему мнению, все строится на простой и примитивной концепции: если не нашли ясных и простых диагнозов, то во всем виновата голова, который, как известно, предмет темный и исследованию не подлежит. Мне кажется притянутым за уши объяснение моим приступам с потерей сознания 3-4 раза в неделю напряжением моей нервной системы.
Звуки стали превращаться в образы. Некоторое время моим мозгам хватало аудуативной памяти и я успешно восполняла звуки моими воспоминаниями о них. Слишком мало информации, которая с каждым днем забывается все быстрее и я стала слышать цветами и образами. Мой дверной звонок стал синим как сигнальная лампа.
Все чаще вспоминаю о том, что я как дура, просила у бога легкой жизни, а надо было просить легкой смерти. Почему-то считается, что вера нужна только слабым, а сильные верят в себя и свои и силы и могут себе позволить не надеяться на других. Наверное, это особенная форма одиночества. Только заболев и оказавшись в абсолютной зависимости от окружающих меня людей, я поняла, что означает "одиночество".
